ЭЛОКИМ

ПЛАНТАГЕНЕТ ВЭНС ПОТОМОК ВИЛЬГЕЛЬМА ЗАВОЕВАТЕЛЯ И ЭДУАРДА ДЛИННОНОГОГО

Карл Маркс

КАПИТАЛ

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

Труд, первый том которого я предлагаю вниманию публики, составляет продолжение опубликованного в 1859 г. моего сочинения «К критике политической экономии». Длительный перерыв между началом и продолжением вызван многолетней болезнью, которая все снова и снова прерывала мою работу.

Содержание более раннего сочинения, упомянутого выше, резюмировано в первой главе этого тома. Я сделал это не только в интересах большей связности и полноты исследования. Самое изложение улучшено. Многие пункты, которые там были едва намечены, получили здесь дальнейшее развитие, поскольку это допускал предмет исследования, и наоборот, положения, обстоятельно разработанные там, лишь вкратце намечены здесь. Само собой разумеется, разделы, касающиеся исторического развития теории стоимости и денег, здесь совсем опущены. Однако читатель, знакомый с работой «К критике политической экономии», найдет в примечаниях к первой главе настоящего сочинения новые источники по истории этих теорий.

Всякое начало трудно, — эта истина справедлива для каждой науки. И в данном случае наибольшие трудности представляет понимание первой главы, — в особенности того ее раздела, который заключает в себе анализ товара. Что касается особенно анализа субстанции стоимости и величины стоимости, то я сделал его популярным, насколько это возможно. Форма стоимости, получающая свой законченный вид в денежной форме, очень бессодержательна и проста. И, тем не менее, ум человеческий тщетно пытался постигнуть ее в течение более чем 2000 лет, между тем как, с другой стороны, ему удался, по крайней мере приблизительно, анализ гораздо более содержательных и сложных форм. Почему так? Потому что развитое тело легче изучать, чем клеточку тела. К тому же при анализе экономических форм нельзя пользоваться ни микроскопом, ни химическими реактивами. То и другое должна заменить сила абстракции. Но товарная форма продукта труда, или форма стоимости товара, есть форма экономической клеточки буржуазного общества. Для непосвященного анализ ее покажется просто мудрствованием вокруг мелочей. И это действительно мелочи, но мелочи такого рода, с какими имеет дело, например, микроанатомия.

За исключением раздела о форме стоимости, эта книга не представит трудностей для понимания. Я, разумеется, имею в виду читателей, которые желают научиться чему-нибудь новому и, следовательно, желают подумать самостоятельно.

Физик или наблюдает процессы природы там, где они проявляются в наиболее отчетливой форме и наименее затемняются нарушающими их влияниями, или же, если это возможно, производит эксперимент при условиях, обеспечивающих ход процесса в чистом виде. Предметом моего исследования в настоящей работе является капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения производства и обмена. Классической страной этого способа производства является до сих пор Англия. В этом причина, почему она служит главной иллюстрацией для моих теоретических выводов. Но если немецкий читатель станет фарисейски пожимать плечами по поводу условий, в которые поставлены английские промышленные и сельскохозяйственные рабочие, или вздумает оптимистически успокаивать себя тем, что в Германии дело обстоит далеко не так плохо, то я должен буду заметить ему: De te fabula narratur! [He твоя ли история это!].

Дело здесь, само по себе, не в более или менее высокой ступени развития тех общественных антагонизмов, которые вытекают из естественных законов капиталистического производства. Дело в самих этих законах, в этих тенденциях, действующих и осуществляющихся с железной необходимостью.

Страна, промышленно более развитая, показывает менее развитой стране лишь картину ее собственного будущего.

Но этого мало. Там, где у нас вполне установилось капиталистическое производство, например на фабриках в собственном смысле, наши условия гораздо хуже английских, так как мы не имеем противовеса в виде фабричных законов. Во всех остальных областях мы, как и другие континентальные страны Западной Европы, страдаем не только от развития капиталистического производства, но и от недостатка его развития. Наряду с бедствиями современной эпохи нас гнетет целый ряд унаследованных бедствий, существующих вследствие того, что продолжают прозябать стародавние, изжившие себя способы производства и сопутствующие им устарелые общественные и политические отношения. Мы страдаем не только от живых, но и от мертвых. Le mort saisit le vif! [Мертвый хватает живого!]

По сравнению с английской, социальная статистика Германии и остальных континентальных стран Западной Европы находится в жалком состоянии. Однако она приоткрывает покрывало как раз настолько, чтобы заподозрить под ним голову Медузы. Положение наших собственных дел ужаснуло бы нас, если бы наши правительства и парламенты назначали периодически, как это делается в Англии, комиссии по обследованию экономических условий, если бы эти комиссии были наделены такими же полномочиями для раскрытия истины, как в Англии, если бы удалось найти для этой цели таких же компетентных, беспристрастных и решительных людей, как английские фабричные инспектора, английские врачи, составляющие отчеты о «Public Health» («Здоровье населения»), как члены английских комиссий, обследовавших условия эксплуатации женщин и детей, состояние жилищ, питания и т. д. Персей нуждался в шапке-невидимке, чтобы преследовать чудовищ. Мы закрываем шапкой-невидимкой глаза и уши, чтобы иметь возможность отрицать самое существование чудовищ.

Нечего предаваться иллюзиям. Подобно тому как американская война XVIII столетия за независимость прозвучала набатным колоколом для европейской буржуазии, так по отношению к рабочему классу Европы ту же роль сыграла Гражданская война в Америке XIX столетия. В Англии процесс переворота стал уже вполне осязательным. Достигнув известной ступени, он должен перекинуться на континент. Он примет здесь более жестокие или более гуманные формы в зависимости от уровня развития самого рабочего класса. Таким образом, помимо каких-либо мотивов более высокого порядка, насущнейший интерес господствующих ныне классов предписывает убрать все те стесняющие развитие рабочего класса препятствия, которые поддаются законодательному регулированию. Потому-то, между прочим, я уделил в настоящем томе столь значительное место истории, содержанию и результатам английского фабричного законодательства. Всякая нация может и должна учиться у других. Общество, если даже оно напало на след естественного закона своего развития, — а конечной целью моего сочинения является открытие экономического закона движения современного общества, — не может ни перескочить через естественные фазы развития, ни отменить последние декретами. Но оно может сократить и смягчить муки родов.

Несколько слов для того, чтобы устранить возможные недоразумения. Фигуры капиталиста и земельного собственника я рисую далеко не в розовом свете. Но здесь дело идет о лицах лишь постольку, поскольку они являются олицетворением экономических категорий, носителями определенных классовых отношений и интересов. Я смотрю на развитие экономической общественной формации как на естественноисторический процесс; поэтому с моей точки зрения, меньше чем с какой бы то ни было другой, отдельное лицо можно считать ответственным за те условия, продуктом которых в социальном смысле оно остается, как бы ни возвышалось оно над ними субъективно.

В области политической экономии свободное научное исследование встречается не только с теми врагами, с какими оно имеет дело в других областях. Своеобразный характер материала» с которым имеет дело политическая экономия, вызывает на арену борьбы против свободного научного исследования самые яростные, самые низменные и самые отвратительные страсти человеческой души — фурий частного интереса. Так, высокая англиканская церковь скорее простит нападки на 38 из 39 статей ее символа веры, чем на 1/39 ее денежного дохода. В наши дни сам атеизм представляет собой culpa levis [небольшой грех] по сравнению с критикой традиционных отношений собственности. Однако и здесь прогресс не подлежит сомнению. Я укажу, например, на опубликованную за последние недели Синюю книгу: «Correspondence with Her Majesty's Missions Abroad, regarding Industrial Questions and Trades Unions». Представители английской короны за границей заявляют здесь самым недвусмысленным образом, что в Германии, Франции, — одним словом, во всех культурных государствах европейского континента, — радикальное изменение в существующих отношениях между капиталом и трудом столь же ощутительно и столь же неизбежно, как в Англии. Одновременно с этим по ту сторону Атлантического океана г-н Уэйд, вице-президент Соединенных Штатов Северной Америки, заявил на публичном собрании: по устранении рабства в порядок дня становится радикальное изменение отношений капитала и отношений земельной собственности. Таковы знамения времени; их не скроешь от глаз ни пурпурной мантией, ни черной рясой. Это не означает, конечно, что завтра произойдет чудо. Но это показывает, что уже сами господствующие классы начинают смутно чувствовать, что теперешнее общество не твердый кристалл, а организм, способный к превращениям и находящийся в постоянном процессе превращения.

Я буду рад всякому суждению научной критики. Что-же касается предрассудков так называемого общественного мнения, которому я никогда не делал уступок, то моим девизом по-прежнему остаются слова великого флорентийца:

2) Мы страдаем не только от развития капиталистического производства, но и от недостатка его развития. Наряду с бедствиями современной эпохи нас гнетет целый ряд унаследованных бедствий, существующих вследствие того, что продолжают прозябать стародавние, изжившие себя способы производства и сопутствующие им устарелые общественные и политические отношения. Мы страдаем не только от живых, но и от мертвых. Le mort saisit le vif! [Мертвый хватает живого!]

Во-первых, не только в Израиле, но и в мире нет никакой научной критики. Люди, в том числе Трамп, говорят что угодно. Трамп обзывает всех коммунистами и социалистами, не имея понятия ни об одном ни о другом. Так дело не пойдет. Интеллект Мамдани такой же, как интеллект Трампа. Первый присвоил понятие коммуниста и прикрывает коммунизмом банальный грабеж, совершаемый классом феодально-фашистской американской аристократии, а второй, Трамп, горе-интеллектуал, его честит. Чем Трамп кроет чушь? Самой чушью. Однако ложь ложью не победишь, ложь умножает ложь, это имеет трагические последствия для народа и государства США и Израиля в первую очередь. США и Израиль не являются ни демократией, ни государством. Почему это так? Потому что выборы не есть демократия, не есть власть народа. Власть не сводится к выбоам. Власть есть конкретное решение проблем народа.

Трамп решает проблемы народа, он решает их быстро, масштабно, целеустремленно и красиво, привлекая для

этого лучших отраслевых и межотраслевых специалиастов высшей квалификации, задействуя науку, прежде скрытые резервы, запрещенные прежде мощности, финансово-материальные ресурсы государства и частных игроков. Трамп использует при этом метод государственного регулирования и управления экономикой, наукой и производством. Только следует понять, что государством является он сам, его организующая воля, которая и есть основа государства. Трамп освобождает стреноженное римское феодальное государство плантагенетов от пут кузенов королей, суверенов под личиной президентов, губернаторов, банкиров, промышленников, и отдает власть в руки интеллигенции труда, отнимая государство у бюрократии, у колониальной администрации США, существовавшей под видом Республики США. При этом братьев и сестер королевы и королей британских и пр. королей Трамп называет коммунистами и социалистами, а не классовым определением колониальной империи, реально владеющей США и доводящей государство и народ США до истощения, разорения и гибели, внедряя уголовников, наркоманов, изменяя гендерность детей и спортсменов. Мамдани - один из таких типов, назвать которого своим именем Трамп не решается и называет его вымышленным именем коммуниста. Таким образом, колониальная империя США выдается Трампом за коммунистическое и социалистическое государство. Нам от этого ни холодно ни жарко, хотя "за державу обидно". У Трампа нет идеи, его идеология - антикоммунизм, но пальцем в небо. Мамдами не коммунист, ЦК КПСС - комитет совокупного идеального российского императора, разрушитель СССР и враг Республики США. Плантагенет Александр Яковлев работал на Канаду и прибалтов, на Ливонский орден, а не на США. Уж каким коммунистом был Яковлев, главным, не то что Мамдани, ложный, императорский королевский ублюдок, которому Трамп под видом коммуниста позволяет грабить США. Зачем Трамп скрывает, а не вскрывает настоящее политическое, классовое имя/понятие Мамдани? Интеллекта ему не хватает, вот он и хватает интеллект, да не умом, а своим языком, - английским американским, разумеется, не богатым русским, а небогатым английским. Бьешь по коммунистам, так бей по своим, а не по Марксу. Иначе попадешь в историю, и попадешь иначе, чем думаешь, поскольку думаешь иначе, чем нужно думать по закону разума. В этом мире мертвый хватает живого, а живые бесконечно носят мертвых. Повторяю: в этом мире. Есть другой мир, но не по Трампу, Байдену и Мамдани, а по Марксу, Вашингтону и Линкольну. Нечего предаваться иллюзиям, Дональд!

«Подобно тому как американская война XVIII столетия за независимость прозвучала набатным колоколом для европейской буржуазии, так по отношению к рабочему классу Европы ту же роль сыграла Гражданская война в Америке XIX столетия». Карл Маркс.

Например, Маркс пишет: «Насущнейший интерес господствующих ныне классов предписывает убрать все те стесняющие развитие рабочего класса препятствия, которые поддаются законодательному регулированию», – и Трамп исполняет эту рекомендацию Маркса, удовлетворяя "насущнейший интерес своего господствующего ныне класса": отменяет "стесняющие развитие рабочего класса препятствия, поддающиеся законодательному регулированию", а именно отменяет стесняющие развитие производства законы Байдена, вводя один новый на десяток старых, ограничительных и запретительных.

© 2004 - 3014 ИСТИНА. Кимний Дата изменения: 30.06.2026

© 2004 - 3014 ИСТИНА. Кимний
Дата изменения: 30.06.2026